|
«Из всех созданий в мире, ни одно не одарено таким чутьем и проницательностью, как гостинодворец! С первого взгляда на лицо и ухватки покупателя – он узнает его нрав и характер, в одно мгновение составляет план атаки, и храбро идет на приступ к его карману! С чванным покупателем, который важничает, гостинодворец холоден, молчалив и непреклонен в ценах; с суетливым он многословен и, как говорится, рассыпается мелким бесом; с скупым – принимает на себя покорный вид и старается разжалобить его заунывными клятвами и уверениями; с беспечным – он господствует и повелевает.»
Фаддей Булгарин "Очерки русских нравов" |
|
В виду обстоятельств несколько специфических... И если бы это действительно не было так, то и говорить так было бы дурным тоном, а впрочем, человек сильный обязан приводить пример наиболее аккуратный и отшлифованный. Иначе ведь даже сильного человека не примут всерьёз. Порядочному человеку, впрочем, не обязательно, чтобы его принимали всерьёз, для всякого действительно порядочного человека - главное в жизни его собственный комфорт и его собственное спокойствие. И только для достижения последних двух в выдающейся степени и должен, хоть и не всегда, но очень во многих случаях, порядочный человек быть сильным человеком. И другой причины для человека действительно порядочного быть сильным человеком никогда не существовало. В любом самом неожиданном примере, который только может прийти на ум, всегда возможно было это наблюдать. И потому, как человек сильный, хотя более скромного качества чем сила, соответственно, трудно вообразить, я высказываю наконец в данном дневнике определённые руководства, которые будут в силе всё время существования данного сообщения, специально положенного вам на прочтение. Следует отдельно упомянуть, что применимо это руководство ко всем и всему совершенно безотносительно. А потому, если вы заметите какой-то противоречащий ему пример, непременно можете его оспорить, хотя связываю я себя этим руководством совершенно добровольно и положительно, и допустить вам на обозрение даже подобного примера чистосердечно не намерен.
1. Если вы оставляете комментарий, в ходе которого с моей точки зрения не приложили достаточной прилежности ума, чтобы привести его в вид изящной рациональности и добропорядочного намерения, вы не получите на такой комментарий от меня никакого ответа.
2. Я не совсем приемлю людей незрелых, которые будучи старше двадцати четырёх лет, не удосужились приложить обыкновенного цивилизованного и культурного косметического усилия, дабы устранить в себе откровенно взбалмошные и не серьёзные черты. Потому, каждым ответным жестом, на их внезапное проявление в форме, с моей точки зрения, непристойной, непременно буду демонстрировать спокойное превосходство, а так же откровенное прохладное презрение, до того ровно, что могу прервать развязавшуюся ранее дискуссию со ссылкой на пункт 2 данного руководства, дабы заменить ей незрелую не солидность внезапного невежливого молчания, и вместо того, продемонстрировать этим спокойное превосходство, и откровенное прохладное презрение.
3. Пункт 2 данного руководства включает в себя пункт 1 в том отношении, что ранее развязавшаяся дискуссия может быть внезапно завершена со ссылкой на пункт 2 по причине вступления в силу условий пункта 1, без специальной оговорки этой особенности при ссылке на пункт 2.
Таким образом, если кому-нибудь захочется оспорить положения данного руководства, акцентирую внимание на то обстоятельство, что оспаривать разумеется следует не то, является ли в действительности данное нарушение "моей точкой зрения", потому что оспорить это можно только будучи человеком очень высокой степени благородства и пользуясь всяческим моим искренним уважением, а оспаривать следует то, что какое-либо из правил не было применено в принципе.
В силу руководство вступает 04.03.09 в 12 часов утра по московскому времени. |
|
Не имея основательных сомнений в том, что кроме фальшивых и не существующих пользователей, меня читают так же и живые, существующие в природе люди, хочу развлечь вас небольшой викториной. Правила чрезвычайно просты. Я задаю несколько загадок, на каждую из которых отдельным ответом является одно слово, после чего, вы пишете свой вариант ответа, на который я пишу краткий комментарий.
Четыре этапа развития личности. Может быть три этапа развития личности.
Сколько существует основных разделений развития личности и чем они характеризуются?
Семь этапов мировосприятия.
Какие соображения входят в формирование этапов мировосприятия и как они меняются в течение жизни?
Две наибольшие силы в человеке.
Какие стороны в отдельной личности являются миротворящими и мирообразующими?
Одна мера всех вещей.
Какой одной мерой можно измерить ВСЁ в представлении благородного человека?
При ответах весьма отдалённых будут подсказки. |
|
Вполне и совершенно известно, что недобрые сущности, будучи забытыми, изолированными, а так же изгнанными в произростании доброго намерения, непременно, подобно самой жизни, какого бы размера не была в них её составляющая, обретут новые формы, проникнут в качестве одержимости, найдя во времени, через смерть и смену поколений, уязвимость и нишу для себя, среди добрых сердец, и, вновь обнаружат своё право на существование, какие бы сознательные меры не были приняты к их отсутствию, поскольку, они могут быть извлечены среди частности и данности бытия, как и всякая добродетель, и оставляют за собой право пути для сознания не только не здорового и не предусмотренного, но так же и вполне здорового и осмысленного. Потому, признание их происхождения от всего сущего, - решение, находящееся в такой же степени здравомыслия, как и признание руководящей роли добродетели во всей её безграничной глубине и поддающемся осмыслению многообразии. Отсюда происходят выводы о том, что присутствие одной только правды в наиболее аккуратном из возможных значений, следовательным образом, может быть не вполне аккуратным, как, между тем, и положительно не уместно, менее чем достаточное из возможных присутствий правды в видах утончённого и почтительного ума; так же и о том, что следовательным образом, для управляемого ума и здорового намерения, самым верным способом поспособствовать возникновению недоброго в тени своего присутствия, а таким образом, и в области своего не присутствия, было бы уделить недостаточное внимание одному или обоим из двух - видам и руководству добродетели в первую очередь, и, видам, характеристикам и подразделениям недоброго во вторую. Потому как добродетель сама по себе способна на всё безо всякого исключения, так же и недоброе предоставленное собственному уединению и забытью, способно очень на многое. Потому, распрощавшись навсегда со злом и никогда более с ним не встретившись, порядочному человеку следует иногда беспокоится о состоянии этого самого зла, исходя из одного только поверхностного приличия, без какого-либа намёка на участие или, не дай бог, какого-нибудь романтизма. Потому как зло, содержащееся в подчинении, охотно принимает приказы и исполняет их от всякого доброго, с прилежностью куда более выдержанной, нежели от злого, однако не терпит к себе абсолютно никакого снисхождения, и чем высокомернее и чище подчинившее зло добро, тем охотнее способно зло к добрым поступкам, поскольку и способность к добрым поступкам под руководством добра невозможно у зла отнять полностью, и в исчерпывающей степени, так же как и само право его к существованию, как бы не нуждалось добро совершенно в подобных услугах. В заключение, само собой разумеющееся положение вещей о том, что добро это добро и не содержит в себе ничего злого, а зло это зло, и, в свою очередь, не содержит в себе ничего доброго, как бы не могло бессовестно грезится порою какое-либо переплетение их в действительности.
Подобный, пусть несколько восходящий к философии, но всё же почтительный очерк, происходит от наблюдений над людьми. В случае человека который зло активно нанимает и эксплуатирует, никакого сомнения и недоумения совершенно не возникает, поскольку не отдавать себе в этом отчёта такой человек совершенно не может, и здесь уже вполне определённо известно, что несомненно, это действительно человек особого рода1, прошедший соответствующую подготовку и всячески к тому тренированный. С другой стороны, иногда в человеке безобидном и, казалось бы, на действительно злой поступок неспособном, содержится до того много очевидного не для него самого, а среди людей особого рода, и очевидного для него самого, зла, что вызывает некоторое недоумение и сомнение, самое ли это единственно вражеское для всякого порядочного человека - невежество, или то, что человек действительно является человеком особого рода2, служит причиной того, что человек не задаётся самим, с подобающей уместностью, глобальным вопросом о выборе в сторону добра и выборе в сторону зла, а так же последующим обнаружением, что именно в подробности в какой стороне содержится и что куда более значительно, что именно в подробности в какой стороне содержаться может. |
|
То, чему посвещён этот небольшой ряд высказываний стало общепринято, как и многие другие достойные вещи, лишь только в четырнадцатом столетии. В том числе и некоторые развитые докторины классической психологии, на сегодняшний день не только несколько подбзабытые, но так же и переродившиеся в некоторые не почтительные формы, такие, как, например, "нейролингвистическое программирование", сущностная составляющая которых в большой степени совпадает с теми отраслями классической психологии, достаточно большое разнообразие которых в средние века так и не отважилось покинуть философское лоно и быть включенными в официальную консервативную психологию. "Не почтительными", и именно таким выражением следует охватить такую несколько особенную отрасль как "НЛП", в том отношении, что не считая частных случаев, в большинстве своём, вместо общеупотребительных форм, достойных всякой благородной науки, это несколько особенное формирование оперирует терминами, которые специальны до вульгарности, а потому не способствуют усвоению их здравым рассудком и умом. В данном случае, мы подвергнем извлечению из классического языковедения определение уровней знания какого-либо языка, как такового, и, для удобства, несколько сократим их и пронумеруем.
С самого начала следует упомянуть, справедливости ради, о том, что самим уровнем знания языка не является и находится непосредственно перед самым первым уровнем, который и является, сам по себе, в положительном смысле знанием языка, в отличие от разнообразных форм не знания языка, которые знанием языка было бы назвать неприлично. Единственно, может быть, вне рамок строгости самих определений, в светском кругу что-нибудь из них может быть можно было бы назвать скудным знанием языка, подобно тому, как некоторые люди из благородных семей среднего круга, могут скудно играть на пианино, обходя или фальшивя сложные места и ноты, однако, в высшем свете, такой человек самым благородным и в высшей степени уважительным образом, принуждён во всех случаях признаваться, что на пианино он играть не умеет вообще, иначе к разряду высшего света он и не может принадлежать, даже не смотря на все другие самые благие и похвальные свои стороны.
1. Знание самого языковедения как такового, является в частности развитой наукой о структурных разделениях и их взаимоотношении, и потому, не входит в само светское знание языка, но лишь только несколько касается, на уровне в высшей степени безупречной лексики, грамматики, словаря и пунктуации. Кроме упомянутого, в уровень примерного представления о языке, в виде положения высокого уровня хорошего тона, входит знание всех акцентов языка. Здесь следует отдельно упомянуть язык русский, в силу того, что на нём мы слагаем наши высказывания. Русский язык - один из тех справедливо редких в такой своей монолитности языков, которые не имеют ни одного настоящего акцента вообще. Что касается иностранного произношения, оно не только не является акцентом определённого языка, но и по строгости определения, не является акцентом как таковым. Территориальные искажения произношения некоторых гласных так же не входят в классическое определение акцента, в отличие от особенностей произношения слогов и словосочетаний. Знание акцента языка, которое входит в самый начальный уровень знания языка означает примерно то, что если совершить телефонный звонок в ту территориальную область из которой акцент этот происходит и объясниться в ходе разговора с абонентом звонка, у того не возникнет никакого подозрения, что звонящий не прожил всю жизнь от самого рождения своего, где-нибудь по соседству. Подобный навык в самом обыкновенном и непримечательном обществе, безусловно являлся бы несколько щёгольским, может быть даже демократичным, однако в совокупности с различными видами почтенных поведенческих выражений, манер и жестов в высшем обществе является высоким уровнем хорошего тона, разумеется при тактичном и дружелюбном подходе. Здесь следует упомянуть, для изящной полноты представления, что в приложение к областным акцентам, во многих городах различных стран, существует от четырёх до дюжины акцентов местности, по которым коренные жители различают между собой, из какой части города произошел их знакомый человек.
2. Второй уровень знания языка сводится к навыку изложения и включает в себя неиссякаемую способность что-нибудь рассказать, до того развязно и простодушно, мило, дружелюбно и трогательно, чтобы всякий раз суметь очаровать и увлечь, а так же поразить изящной простотой манеры любую публику, которая только может при том присутствовать, от слушающих лакеев, официантов и поваров, до самого остроумного и почтенного собеседника.
3. Третий уровень знания языка это способность язык этот развить и приумножить в самом благородном отношении. Сюда относятся не только составление и направление с подходом тончайшего вкуса характеризующих словосочетаний и выражений, но и так же способность хотя бы раз в некоторое время произнести что-нибудь до того мудрое, лёгкое и поразительное, что оно непременно станет общеупотребительной поговоркой в самых высших кругах и связях в течение какого-нибудь значительного временного отрезка.
Среди упомянутых, наименее гуманитарным, наиболее точным и аккуратным является первый уровень знания языка, достойный от того не только высшего общества, но и, исключая достойное умение говорить на каждом из акцентов, всякого, кто относительно способен к разговору в любом приличном значении этого слова. Употребив что-нибудь не общепринятое, а от того и не вполне нормальное, за это выражение следует уметь постоять, в особенности если оно почерпнуто из другого языка. Однако, если например возможно постоять за французкое происхождение слова "контрекатировать", таким образом, что оно обнаружит в высшем свете лёгкую степень лингвистической предрасположенности, тем более, что во-первых, вполне приличной заменой ему может служить общепринятое слово "фраппировать", а во-вторых, вместо подобных ухищрений следовало бы употребить строчку на исконном французком языке, то между тем, в светском обществе среднего круга, такая предрасположенность может быть принята за утончённую симпатию к французким выражениям. Что касается производных слов от самих слов русского языка, либо иврита, которые низкие сословия популяризировали между собой в конце 20-го и начале 21 века, постоять за них совершенно немыслимо; достаточной причиной тому служит тот факт, что феномен этот вовсе не нов, так как известны случаи в начале 19 века, когда поселенцы провиницального происхождения из азии, востока и между тем Албании, уже совершали подобные вторжения как в русский, так и французкий, английский и немецкий языки, однако не имея к тому средств массовой информации, подобный способ изложения мыслей, который низводит лексическое развитие в область нескольку когнитивную и здесь я готов постоять за это слово (но лишь поскольку не участвую в прямой светской беседе), - энтропическую, поскольку сама структура подобной фразеологии служит сокращению и распаду состоятельности лексического выражения, в то время как всё передовое развитие языкового инструментария, служило продолжению и укреплению его округлости и выпуклости, а соответственно и прогрессивному здравомыслию, недооценить конструктивное влияние которого благородному и порядочному человеку попросту не приходится, так и не смогли вполне склонить к тому образованные части населения, чем этот отчасти романтически трогательный и недавний временной промежуток вполне похвастаться в такой степени не может. Однако, 21 век не предшествует, но даже и вполне убедительно следует за 19ым, а потому, выражает необходимость совершения чего-либо в соответствии с некоторыми правилами, так как и ранее история носила в себе некоторые характерные уклонения и даже довольно примечательные, стоит только сравнить Египетскую культуру и Римский водопровод с не чистым средневековьем, эти характерные уклонения, или, лучше сказать, обратную эволюцию, между тем, разумеется, возможно будет в дальнейшем из истории изъять, однако парадоксально, что для этого могут понадобиться люди не вполне порядочные, так как склонить себя к демократичности заслужить широкое общественное внимание в глазах людей особого рода ни один порядочный в консервативном смысле этого слова человек, хотеть не может. |
|
Тема сама по себе отнюдь не проста, да и затрагивать её порядочному, а тем более, благородному человеку даже например среди низких слушателей, и не только из одного желания видеть в людях прекрасное, но и, разумеется, в видах собственного достоинства, никак не пристало. Однако, в видах очерчивания наиболее точных нравственных понятий, как абстрактное рассуждение, она тем не менее, в каком-нибудь редком случае возможна, если и не допустима по всем правилам хорошего тона.
Вместо того, чтобы вывести какие-нибудь точные формулы и приёмы, здесь мыслимо только дать какие-нибудь общие советы, касающиеся частных случаев и проявлений. Пожалуй, наибольшей художественной выделкой, обладает именно такая месть, где не всплывает на поверхность пусть даже косвенно, язвительность и ядовитая желчность, вместо того, месть возможно даже обратить в прикрытие милостью или какой-нибудь добродетелью, так чтобы человек не сразу и понял что был отмщён.
Наиболее сложный нравстенный момент заключается в том именно, что порядочному человеку никогда и никому мстить не следует в какой-то бы то ни было степени, потому что существует большая разница между тем, чтобы преподать урок и тем, чтобы утвердить в себе что-нибудь низкое и похвалить собстенный мрак. Не говоря уже о раскаянии, в случае какой-нибудь соразмерной мести, чем же лучше мститель того, кому отомстил, если сознательно и в неблагородном соображении, позволил себе сходный, если не аналогичный в виду обстоятельств поступок? (Не говоря уже о том, что иные из таких поступков способны самой формой своего выражения, поставить в ровень мстителя и обидчика в одном только нравственном случае, если до того они никак не были равны, а так же и не будут равны друг другу после.) И правда, к чему бы эталону добродетели и предмету восхищения, равняться, или даже превосходить неблаговидностью намерения, низкого и недалёкого человека?
Однако, обсудим сейчас истоки, наиболее распространённые, которые ложатся в причину самого происшествия. Наиболее частой причиной намерения мщения случается, и это прежде всего, безответность чувства.
Допустим, человек питает высокие чувства к другому человеку в особенном случае, или попросту настроен к нему с преувеличенной доброжелательностью в случае ординарном, по каким-нибудь причинам, подкрепляющим превращение умеренной симпатии в такую характерную для нашего изложения степень, например, причинам родственной связи, или каким-нибудь другим осязаемым обстоятельствам. Выразить эти, возможно даже что сокрытые от себя самого в большой степени, мотивы, человек другому человеку не хочет, не умеет, или наивно, а в другом случае, обстоятельно, верит в то, что если они и не видны прямо, то подразумеваются. Другой же человек по небрежности своей, в особенности, если замечает что если наш человек и не склонен выражать собственное достоинство, или, даже, что очень часто бывает, не имеет о таковом понятия, вместо того, чтобы обучить человека этому положению, не только демонстрирует безответность, но и подвергает человека унижениям, либо с насмешкой, либо, в другом случае, по небрежности. Теперь, подойдём к ещё одному важному разветвлению.
1. Допустим, что в одном случае, этот небрежный человек, не далёкий умом, а более всего, нутром своим, и не только совершенно не равен расположенному к нему по каким-то причинам человеку, но и не способен даже оценить и вообразить, в виду своей ограниченности, ту степень обиды, которую он наносит, если и различая её среди собственной небрежности, то явно преуменьшая эффект. Безусловно, что соразмерно отомстить такому человеку технически невозможно и здесь другому человеку, мыслимо только изучить его, хорошо понять, искупив здесь цену намерения отомстить собственной прилежностью, и, улучшив момент, отыскать то, что имеет в тот самый момент для этого человека цену искренней эмоциональной привязанности и именно там нанести удар. Это в том клиническом случае, когда собственная обида до того уже соединена с тщеславием, что готова симпатизируя своей обиженности и любуясь ей, игнорировать внешнее, например, по соображениям его неравности себе и превосходности собственного присутствия, возможно что в этом даже и обоснованно, дабы главное, чтобы месть между двумя, такой ценой произошла и удовлетворила собственное самолюбие, не открывая, возможно, между тем, дорогу к мраку, как таковую, но в этом вот именно случае, не вызывая в последствии ни склонности к подобным поступкам, ни самой идеи раскаянья в данном. Напротив, убеждая и утверждая себя в невинности этой подлости, человек способен даже сотворить из неё рычаг, особенно если она художественно удалась, дабы быть о себе весьма высокого мнения и разъединяясь с воспоминанием о ней, а впоследствии, списав её на злоключение молодости, всё же признав нравственную несостоятельность и ущербность подобного поступка, лелеять и развивать свою порядочность и добродетель. И это уже безусловно, вовсе и не месть и даже не поступок, а сплошной психологический случай, поскольку, как уже говорилось ранее, соразмерно отомстить ограниченному человеку технически невозможно. Как видим, с обоих сторон люди в себе не властны, а что и совершилось между ними только тем и объяснимо.
2.В другом случае нашего разветвления, человек может быть даже и равен другому человеку. Особенно, если человек ему отомстит, подчеркнёт равность и в нравственном отношении и в том с ним ещё более сравнится. Если обида явно произшла по небрежности, то в подлости мести, даже падёт его ниже. Здесь мстить не в коем случае нельзя, даже обратив месть в невинную шутку, как бы безопасно и экологично это не представлялось. Преподнести впрочем урок, сокрыв его в добродетель, между тем, возможно, в особенности и только если с целью превентивной, в том собственно и вся разница между уроком и местью, тогда как урок соразмерной местью несёт в себе месть.
Равному здесь отомстить возможно, будучи уверенным что никакой двусмысленности не произойдёт. Не совсем равному так же возможно с долей известного художественного высокомерия. Однако, не коем случае не стоит забывать, что показывающий здесь характер, опускается до уровня обидчика и наносит ущерб собственной зрелой превосходности, если таковая имела место, в случае некоторых, в большой степени располагающих уважением, людей, ущерб, совершенно безжалостный и ни в своих, ни в чужих глазах, не аппелирующий к снисхождению. Это относится не только к безответности чувства, но и ко всякому случаю вообще. Вывод однозначен - месть совершенно не инструмент административного урока, а в отсутсвие других к тому средств, очень может быть, что ненадёжный инструмент урока какого бы то ни было. Наказание само по себе имеет с местью много общего уже хотя бы в том, что обе символичны и не всегда технически возможны. Обе несут и отрицательный заряд, если и намекая на положительный аспект самого действа, то до неприличия косвенно. Часто обращаются одно в другое, так как наказание со стороны не нравящегося человека, взывает во многих случаях к мести по отношению к нему, а наказание не нравящемуся человеку несёт в себе месть уже за то одно, что чувство антипатии в нём безответно и в том похоже на месть за своё собственное чувство. Отсюда, один лишь вывод, что кто чувствует тот и виноват, это и следует осознавать, в особенности тому, кто чувствует. Месть за поступок невозможна, месть за чувство недопустима. Наказывает себя человек сам, а урок не всякий способен выучить. В этих двух предложениях и главный вывод из всего вышесказанного. Здесь уже мы, вообразив примеры, можем тому бесчисленное количество раз убедиться.
Самый непримиримый читатель может вопросить здесь: "Что же мне делать, если человек совершил по отношению ко мне подлость, а я на него за эту подлость страшно зол?" Точной формулы и здесь не может быть, однако, правила хорошего тона требуют некоторой жесткости, разбавленной в большой степени снисходительностью. Иногда лучше устранится. Что же касается проучить, или заставить почувствовать тоже самое, это до того уже сродни злорадству, что благовидным поступком никак не может быть названо. Если же кому когда и удалось преподать значительный урок, что в общем-то, маловероятно, то подобное единичное отсутствие промаха воспитания, вовсе не является какой-нибудь значительной заслугой, не говоря уже о том, что всякий порядочный человек попросту не примет унижения, последовательный и не забудет. Человек не вполне здоровый таким образом исцелён не будет.
Если же поступок совершенно был осуществлён невозможный, такой что и говорить о таком вслух не следует, и обиженный связывает происшествие в своём представлении с какой-нибудь одной или несколькими конкретными фигурами, возможно размежевая в своём представлении между ними ответственность, или напротив, накладывая её на одного физического человека, отомстив за подобный поступок, а иначе чем как-нибудь соразмерно или превосходно, здесь и не может быть; человек не говоря об открытии себе дороги к затмению добродетели, и тлению собственной души, что может быть конечно и не обязательно, человек, тем не менее подвергает себя опасности одним лишь участием в подобном мероприятии, с одной стороны, отомстить здесь невозможно, лишь только усладить собственное оскорблённое высокомерие, что так же может быть не настолько обязательно как может представляться в иных случаях, с другой же стороны, вопрос стоит и требует судьи, и здесь, правила хорошего тона не имеют за своим определением ничего другого, кроме как промолчать со своей стороны, однако человек к ним обращённый, может быть способен дать совет, когда порядочный и воздержанный ум позволяет охватить своим здравым смыслом нравственный порядок произошедшего. В наиболее распространённом случае, при признании на свой личный и собственный счёт всяческой обиды, что между тем достаточно важно, и списывании её на счёт определённого лица или лиц, а ведь порядочный человек в общем случае и не может быть помещён в подобное положение, - наиболее общим советом будет отказать себе в удовольствии настигнуть сквозь пространство и время совершившего невозможный проступок, отказать себе и в удовольствии личного воплощения приговора в случае, если приговорённый не равен движимому чувственным иждивением, а единственное действие, которое здесь возможно в положительном с точки зрения здравого ума случае, не предписанном в законодательном порядке, будет лишь только найти в рациональном устроении порядка вещей тот единственный случай, когда дальнейшая судьба приговорённого каким-нибудь образом без особого стремления на то исполнителя приговора, с ним в каком-нибудь близком или дальнем случае может быть скрещена и здесь уже, имея на то бесспорные со всякой возможной стороны уверенности доказательства, прибегнуть к основательным приготовлениям к этому понятому в его неизбежности случаю, но так лишь только, что ничего личного, а стало быть компрометирующего собственную добродетель и репутацию хотя бы в своих глазах, здесь не может даже промелькнуть, только одною искусностью и чувственностью, даже небрежностью особого рода, здесь только и возможно действовать. Однако, следует учесть, откуда берётся подобная прилежность, или, напротив, отсутствие её; а именно только от исключительности, ведь масшатаба такого происхождения, а в особенности, такого соответствия почти что никогда и не может быть, поскольку цена, которая платиться описанным образом, объективно не может ведь быть способна ни к покупке, ни к приобретению. Иными словами, самой мести здесь не может быть, потому что не может быть возмещения, и, право, не может быть и всего для этого случая сказанного, даже психологического случая, всё от того, что не может быть торжества даже и в психологическом случае, если только возможно по поводу психологического случая что-нибудь допустить. В общем-то, вывод таков, что здесь решительно ничего не может быть, потому собственно не может быть и хорошего тона. И мстить, таким образом, совершенно не следует.
Таким образом, благородному и порядочному человеку если и захочется вдруг в каком-нибудь случае получить возмещение, никому и никогда не следует мстить хотя бы в какой-нибудь степени, не следует между тем, кого-либо и за что-нибудь наказывать, ведь действительно порядочному и благородному человеку не может этого и хотеться, если и бывает какой-нибудь административный урок, то уже только, безусловно, безо всякого мщения и безо всякого наказания, в случае человека не вполне благородного, и, что бывает реже, не вполне порядочного, те же правила относятся и к великодушию, и всё это само собой разумеется. |
|
Сегодня, буквально даже только что, я пришел к любопытному заключению вследствие неожиданного для себя самого эксперимента с игрой в дарты. Не избирая для себя такой судьбы, было постановлено такое обстоятельство, что с детства я выучен был как правша, которое безусловно не могло не соприкоснуться с моим утончённым вниманием и произвести решение развить и левую руку и упрочить развитие правой в рамках различных пространственных случаев и соответствующих им телодвижений. При игре в дарты, моя левая рука и пусть это обстоятельство уже выражено заметно в меньшей степени, чем в самом начале её тренировки, всё же положительно уступала правой в области скоростного и прицельного попадания, так же и в области силы броска в самом общем числе исходных позиций. Однако сегодня я изъявил стремление осуществить бросок двумя руками одновременно, что увенчалось неожиданной поразительной успешностью, вплоть до того что когда я всего лишь имитировал соответствующее движение правой рукой, копируя его в известной степени левой одновременно, бросок получался куда изящней и прицельней, нежели при совершенно опущенной правой руке. А поскольку, не так давно мне довелось прочитать не менее интригующий отрывок, базирующийся на материале собранном А.Лури, наблюдавшим пациентов с поражениями различных обастей головного мозга, в котором излагалось описание отклонений, которые были классифицированным следствием поражения той или иной области или отдела мозга. И пусть это произведение носило лишь самый обще образовательный характер, согласно моему эксперименту можно заключить, что не спинной, а именно головной мозг, ответственен за разработку той или иной руки, поскольку программы телодвижений, которые задействуются при их активации, разделены по разным полушариям как минимум, при том что левое полушарие, которое согласно А.Лури отвечает за правую половину тела, способно активировать свою программу вместо правого полушария, однако в этом именно случае, это программа разработанная для правой руки и её включение вовсе не требует самой задействованости правой руки, но возможно самим лишь намеренным использованием программы из противоположного полушария. Если перенести этот вывод в достаточно масштабную постановку, можно заключить, что на всякое действие возможно разработать программу в другом полушарии мозга, которую при необходимости через буфер, наложить на другое полушарие. Если мозг механически поврежден, не только можно использовать его противоположные отделы как резервные для известного числа функций, в данном конкретном выводе лишь только двигательных, но и при новом усвоении нет причин разрушать старое в начале, в то время как буфером можно пользоваться для переключения между двумя как минимум самодостаточными общими программами. То есть можно задействовать левую половину мозга совершенно сознательно при написании правой рукой и при том совершенно свободно можно намеренно задействовать правую половину мозга для приобретения второго почерка. То же касается и упрочения реакций на раздражители. Нет необходимости утери предыдущей реакции, как нет и необходимости вырабатывать одну и ту же. |
|
Ещё одну суеверную мысль отловил у себя в сознании. До того суеверную, что даже и за свою собственную принять её довольно сложно. И ведь помагает же от дальнейшего многократного повторения таких мыслей почему-то высказывание их случайной публике. А не выскажешь, непременно прийдётся вынашивать, будь то бы сама судьба нарекает с позволения своего собственного высказать эту самую мысль. Так сказать, или высказать или продумывать тысячи секунд, в которые, между тем могла бы промелькнуть мысль куда менее суеверная. Есть ведь и синдром такой в психологии, правда клиническое проявление у него несколько другое. При том что сама навязчивость этой мысли очевидна. Заключается эта во всякой порицательной степени суеверная мысль в том именно, что будь то бы я настолько эгоцентричен, что одним лишь существованием своим, развил до более выского ранга саму степень и сторону эгоцентризма на Земле как таковую. Казалось бы, а будь это даже и так, то что же? Всякий внёс свой посильный вклад. И надо же, такое желчное и безумное удовлетворение от такой бесславной миссии, точнее примерки её на себя. Будь то бы сложнее и сыскать какую-нибудь более достойную внимания заслугу. Ая-яй-яй. |
|
В дополнение к перед предыдущему посту, для того, чтобы не быть уличённым в пропаганде алкоголя, добавлю, что и совершенно безо всякого красного вина, в ходе практического подхода, я, по случаю своего сидения перед экраном, обнаружил дополнительный способ, к которому можно прибегнуть, если объёмный текст, по мере прочтения, начинает временами ускользать из внимания, чего быть в принципе никогда не должно. Однако, временной тому мерой я обнаружил просматривание видеороликов самого простого и незатейливого характера, грубо говоря, совершенно случайного, и, как можно более яркого картинкой, и незатейливого. (однако периодически и более блеклой картинкой для поддержания "разницы потенциалов") Вместе с короткими сериями упражнений самой лёгкой нагрузки, которые я бы без такой надобности, с подобным уровнем нагрузки, и совсем в обычное время не стал бы делать, если бы только не опытные соображения, исходящие из чувствительной системы, удалось с помощью перехода к таким занятиям, при первом признаке ускальзывания смысла текста из внимания, эффект этот обратить. Временные интервалы лучше всего отводить для просмотра видео и упражнений самые короткие в виду, размеется, не практичности содержания, один или два раза для разницы потенциалов возможно их и немного удлиннить. |
|
Мне в эти дни особенно много придётся сидеть за компьютером и никого собеседников и никого слушателей кроме жж не предвидится, только красное вино, которое мне помогает сосредотачиваться, как показывает историческая практика, хотя алкоголь я обыкновенно вообще не употребляю, но разве целый день от пробуждения до сна не выходя из дома без него на одном месте возможно будет просидеть? Вероятно, пройди я до этого вместо разрозненной, растасканной на части судьбы, какой-нибудь один округлённый последовательный путь например будь я программистом, так бы мне и приходилось часами сидеть над кодом из года в год. А чем же я не программист? Самый выдающийся ученик по информатике, не только сплошные пятёрки, а потом двенадцатки по информатике, но и участие в олимпиаде и бытие лучшим учеником по информатике, любимцем, который не только всех бестолковых отличников поучал, но всегда был прав и малейшей помарки в кодах не допускал, иногда на уроках вместо того чтобы записывать математику за решающими её на доске, или слушать учителя географии, сидел за партой и на переменах почитывая C++ для чайников. Потом поступил в университет на информационно-управляющие системы, сейчас систематически изучаю C#. Ещё я мог бы быть английским переводчиком, все предпосылки примерно аналогичны - превосходный английский язык, высшие отметки, в университете мог на английском не появляться, а потом приходить на экзамен и блестяще сдавать любой вопрос билета, в особенности мне это претит в том отношении что славой я обладал как раз часто другой - шпаны, а вовсе не отличника. Вот и по этой самой линии я тоже мог бы продвинуться. Быть английским переводчиком тоже в своём роде интересно - не за кодом сидишь, да решения внедряешь и разрабатываешь продукт, а общаешься с людьми например, постоянно крутишься на каких-нибудь переговорах. Ещё у меня есть сертификат гида-переводчика который я выработал во время двухгодичной практики в последних двух классах школы. Снова таки не ошибусь при всей удивительности и не соответствую этого моей общей славе и репутации в каких-то одних кругах и соответствию этой репутации мнению других кругов, впрочем по-своему странных, но об этом позже, если скажу что и на практике я был лучшим техническим переводчиком. У меня настолько эффективно удавалось схватывать контект и терминологию и настолько натурально переводить текст на русский язык, как ни у какого другого ученика действительно в такой красоте не выходило.
При этом если например в 13 лет я написал в своей тетрадке такую фразу: "Иногда, самое трудное умение, которое удаётся постичь подрастающему чаду - это умение молчать. И в большинстве случаев, чадо самостоятельно постигшее его, является уже оформившейся взрослой личностью". Тогда же я сочинил одну поэму, текст которой в формат этого поста не вместился бы и оказался бы при всей своей поразительности лишним, так как нарушил бы выпуклость общего хода мысли. То большинство сверстников в таком возрасте вообще не могли самостоятельно построить и сочинить даже такое предложение. Вот и переводчиком технической литературы тоже быть довольно интересно. Попадаются различные тексты, различной направленности и содержания, однако доход это ещё в меньшей степени пассивный чем потенциально от работы программиста и деятельность снова таки сидячая в гордом и непреложном одиночестве или если это не обязательно в домашней обстановке, сидячая функция в обстановке рабочей с весьма и весьма ограниченной перспективой, хоть труд и затребован и время препровождения будь я капельку не совершенной личностью, немного жалкой к примеру или не совсем раскомплексованной, было бы самое милое и по мне, но ведь разве возможно согласиться пойти на такую жертву? В некоторых обстоятельствах, временно, да, но насколько это "закруглённая судьба", предстоит ещё порассуждать в собственных мыслях. Мог бы я ещё быть каким-нибудь неудачником - алкоголиком, наркоманом, шпаной, уголовником, авторитетом, чем-нибудь эдаким вот незрелым, но ярким и увлекательным. Предпосылки и в этом случае были. В особенных подробностях их пожалуй расписывать не стоит, достаточно будет упомянуть, что были они в количествах больших, разнообразных и предостаточных. Тем более что это разные судьбы и присутствовали элементы каждой. И порою свивались в до того уже невозможный букет, что не только постороннего человека такое сочетание может изумить искренно, но и меня самого в принципе изумляет. Просто я не всегда отдавал себе отчёт что люди постоянно ведут себя специально и сознательно определённым образом, поскольку я сам вёл себя довольно часто образом самым естественным, как бы так, как велось, плюс элементарные рефлексы и, казалось тогда что и остальные такие же естественные и "настоящие", да не тут то было. Дела впрочем, похоже и совершенно дней минувших. Однако, понимай я тогда что человек специально так себя ведёт, наиграно даже, я бы и реагировал по другому, а так ведь "за чистую монету", сам будучи чистой монетой принимал. Хотя ведь и это периоды. Ещё я бы мог стать политическим фанатиком, многие не поверят, но и такие предпосылки присутствовали в виде самом настоящем. Я даже успел сменить несколько политических организаций и какое-то время даже побыть лидером одной уже совершенно неприличной и несуразной, даже ниже интеллигентного нигилизма, какой-то мракобесной и ребяческой, опасной по глупости, а не по чести для своих же членов прежде всего организации побыть. Снова таки многие часы, письма, поездки, акции и прочая несусветная муть, не понятно откуда въехавшая и куда выехавшая, толща "лишней" эрудиции и информации совершенно специфической. Кроме того, я бы даже мог стать и учёным, получить второе образование, защитить научную степень и не то чтоб в какой-то одной отрасли. Наиболее выдающиеся предпослыки впрочем были в том, чтобы стать психологом. И здесь куча прочитанной литературы Эрик Берн, Милтон Эриксон, Джон Гриндер, Ричард Бэндлер, Карл Юнг, Зигмунд Фрэйд, какие-то освоенные техники, статьи, гешталт терапия, книги, друзья со сходными интересами, впрочем всё это было так стихийно и не упорядоченно и требовало для своего более последовательного подхода и вместе с тем образ психолога как человека профессии самой низкооплачиваемой, не затребованной и не престижной в той стране. Ещё ведь я мог и стать чем-то эдаким и совсем уже вычурным и не приличным, сатанинско-эзотеричным, проведение ритуалов, поездки ночью в лес, мистицизм и подобная сумасшедшая чушь и про это далеко ещё не всё сказано. Присутствовало вместе с тем и сумасшествие "высших стадий", в моём случае вовсе не клиническое, но "просветлённое", самые глубокие переживания религиозного экстаза, только не религиозного, а на своих измышлениях и приближённых друзей базирующегося. С этим было совмещено столько сумасшествия самого разнообразного и выходок самых вычурных и трудно вообразимых что при воспоминаниях о них всякому привычному к какому-либо последовательному и здоровому восприятию жизни в смысле того что в ней бывает, такие ситуации могли бы представиться и вовсе невозможными и дико не понятными. Но всё это было в таком изобилии и приносило такие яркие чувства мне лично, как и всякому вероятно "умно блаженному" человеку должно. И это при ближайшем рассмотрении не более нежели периоды. Были и "нормальные" обыкновенные пьянки с другими людьми, хотя настолько уже полные особенного юмора и выходок, что не много существует компаний, умеющих такие клоунские пируэты по пьяни выделывать и где-то это всё ещё продолжается, благо что я об этом и знать более не желаю. А ещё ведь мог бы я быть писателем и даже по годам таких предпосылок разбросано полно и мог бы так же быть и поэтом, чего тоже по годам в изобилии. Множество прочитанных книг по научной фантастике. Множество - это сотни и сотни. Был такой период в моей жизни когда щёлкал я научную фантастику всё лето с перерывами на завтрак, обед и ужин, да и за едой припоминаю почитывал. И сам несколько тетрадок подобной же тематикой исписал. И не только такой тематикой, но всё произведения были фантастичны, быть может и не так наивны впрочем, как писанина других молодых писателей, но уж больно много событий на малом количестве страниц происходило от отсутствия терпения только. Ещё ко множеству наук и языков развились у меня интересы в последнее время и как-то бы я с удовольствием изловчился бы их удовлетворить, если бы только не сознание необходимости принятия решений более кардинальных и округлённых. Плюс ещё из меня никто иной кроме как спортсмен мог бы выйти и эта категория вообще разветвлённая. За жизнь свою более всего времени я посветил до сего момента хождению на фехтование рапирой. Было это в возрасте достаточно юном, около всего 11 лет. Года два продолжалось, чуть менее того. Кроме этого ходил я достаточно продолжительно несколько месяцев на большой теннис и чуть меньше того на Кунг-Фу. Всё мне это нравится и всё я это не прочь. Достаточно долго ещё ходил на плавание, правда хорошо плавать так и не научился, что плавание что бег на большие дистанции для меня всегда вызывал некоторое затруднение и на практике самой непосредственной знаю что хотя иные интеллектуальные преграды былых времён для меня пали, бег и плавание на большие дистанции вызывают затруднение до сих пор, там задышка, а там уставание. Теперь вот я решил ещё углубиться в боди-билдинг и предпринимаю тому базовые шаги. Вообще спорт богат, аэробика, упражнение. Вот ещё всю жизнь не умел танцевать, хочу научиться, совершенно не чувствую музыкальный ритм на уровне тела. Во всяком случае я могу только воображать, что его чувствуют остальные. А ещё я был всегда очень хорошим и превосходным любовником и может это и счастье что в жизни были большие периоды без девушки, потому как этим я обыкновенно могу заниматься постоянно, не уставая и не здавая совершенно, буквально сутками, что я тоже встречал у других редко. И теперь я бы написал такую фразу: Что человек становится человеком, когда во всяком маленьком деле перестаёт быть наркоманом. Но кроме не глубокого звучания своего, фраза эта и не совсем верна, потому что например "сидеть" на воздухе и еде обречён каждый, но во всех остальных делах достичь такое незамысловатое и примитивно сформулированное правило возможно. Ещё мог бы я быть философом или публичным оратором. Много философов перечитал, всегда всякие цитаты и подобная литература вызывали искреннее вдохновение, да и речи я в некоторых жизненных ситуациях готовил отменные, не считая московского съезда той нелепой организации, тогда я впервые речь свою основательно провалил, но в действительности по поводу выступления не волнуюсь потому что не умею и провалил потому что не оказался готов, а ловкость неожиданно для себя самого как-то не проявил а не потому к слову что нервничал. В общем-то речи мои всегда бывали успешны и затрагивали публику глубоко и основательно, да и выходили смекалисто неожиданно и снова таки очень уж необычно и неимоверно. Список этот конечно не полон, много всякого плохого и достойного ещё во мне встречалось, но общие и наиболее развитые места упомянуты. Есть ещё и в будущности то чем я хотел бы быть. В бизнесе вот опыт пока что не велик это более дело дней текущих. В 15 лет я пересёкся судьбой с сетевым маркетингом как-то, потом в 18 чуть не стал страховым агентом, недавно проработал день в sales и решил что большущую revenue следует делать себе, а не кому-то да и cold calls не в моём стиле, а так это группа в настоящем. Но вот в этот то момент, много всего я описал и чем-то я бывал в большей а чем-то в меньшей степени, и всё же до того уже это рассеянно и вкопано происходило, что ничем то я из описанного в полной степени в этот момент и не являюсь, что меня и заставляет ориентироваться на большую судьбоносную округлённость, видимо решения надо принимать более однозначные и всё лишнее срезать, но ведь когда основного столба нет и ты всё понемножку, и ещё до сих пор питаешь надежды на иные из своих занятий, разве легко кому-то это делать, разве так уж понимается такой срез осуществлять? И такое беспощадное закругление. Разве строится такая уже однозначная и непреклонная уверенность в состоятельности и зрелости определённого выбора. Программирование-бизнес, другие пары сочетания со знаками вопросов и не особенно совместимые, time management, построение семьи, всё остальное. Вот у вас такие решения просты? Вы были многим? Эти ближайшие дни мне предстоит побыть в обнимку с компьютером и вероятно и журнал не избегнет интенсивного внимания хоть я и буду повально занят. Я с красным вином когда-то поэму Есенина Ленин выучил - до сих пор единственный стих из школы, который помню наизусть полностью. |
|
Так ведь и всю жизнь человека, скажем от рождения до старости возможно в 18 минут вмонтажировать. Не хотите ли стать режиссёром подобного фильма, вашего ребёнка например, сценарий ведь очень просто будет написать, а там и сам доснимет. Хорошо потом внуку его будет про дедушку таким фильмом обладать - вся жизнь сквозь начало 21 века, каково? |
|
На интервью я бы прежде всего принимал на работу кандидата, от которого мне удалось услышать что-нибудь новое и который смог меня обучить какой-нибудь непривычной структурной концепции по поводу возможной взаимосвязи личных качеств и описаний по отношению к требованиям рабочего места, кампании или индустрии в целом. В сущности, неплохо чтобы кандидат был подготовлен лучше меня и вёл интервью сам, задавая вопросы о кампании и оценивая нашу рабочую обстановку, выражая своим последующим вопросом частично мнение о моём предыдущем ответе, демонстрируя тем самым живость ума. Всё это по той обыкновенной причине что меня посадили для просмотра шоу и получения опыта и впечатлений прежде всего, а не для того, чтобы извиваться перед кандидатом, в данном случае это его функция, и уж тем более не для того, чтобы в первую очередь принимать решение о принятии его на работу, это всякий опытный человек откладывает на потом, решение о не принятии может быть в случае явной не совместимости кандидата немедленным, точнее впечатление о таковой, которому приходится доверять, и это разумно, поскольку шанс что оно верно есть, так же происходит в личных отношениях, - приходится доверять первому впечатлению вплоть до получения последующего. И всё таки ведь вера в то что человек "на самом деле" из себя что-то представляет отдаёт какой-то романтичностью, в сущности что-нибудь представляющий из себя человек должен это делать активно и сразу быть в этой форме завершён, тогда и шансы на какое-нибудь не соответствие гораздо меньше. Ещё мне было бы очень трудно оценить, смог ли я отказать кандидату, квалификация которого выше, разумеется если это политика кампании, следует отказать даже не смотря на экономическую рецессию, в том случае, если политика кампании в этой области не подверглась корректировке, а вот когда это полностью моя инициатива, принять ли на работу чрезмерно высоко квалифицированного сотрудника, я бы скорее всего принял, рассчитывая на то, что этому человеку виднее причина, по которой он хотел бы начать с такого места, кроме случая, когда, быть может, рост невозможен, а он об этом не знает, тогда бы не принял, не следует тратить продуктивное время успешного человека на должностной постановке которая открыто ниже его способностей, тем более что он и сам скорее всего на ней не задержится, хотя существуют и другие факторы, которые следует в этом случае взять во внимание. |
|
Реклама для молодёжи. Мне, между тем, представляется, что нет такой группы, на которую эта реклама рассчитана. В том смысле, что невозможно быть ребёнком и заниматься самостоятельной производительной деятельностью, и решать судьбы страны. Для этого необходим взрослый подход.
|
|
Один весьма тривиальный вопросец уже какое-то время проскакивает в моём сознании, до того даже, что успел поднатореть, и следовало бы его со всей глубиной или пусть даже совершенно мелким уровнем, высказать, дабы облегчить в этом отношении своё внимание в грядущем. Сондируя это дело в самую сердцевину, сформулирую сразу одно предложение: Если глядя на орнаментальный быт людей из предыдущих веков, хотя бы даже мещанского и более выского происхождения, сравнить это видение величественных зал и сверх комфортабельных экипажей, позолоченных вагонов поездов, отдельных обеденных комнат, украшенных кинжалов, книг, изысканных нарядов, мантий, платьев под заказ и прочего, сравнить его с видом людей времён наиболее античных, когда ещё язык человеческий граничил с жестами и только лишь простые слоги его были сформированы и соответствующее поведение и манеру держать себя этих людей из самой большой античности; а после этого сравнения в одной ипостаси которого возникает беспомощный, и бедный духом человек прошедшего и утончённый, всесильный и величественный в чулках гражданин, на портрете в профиль с высоко поднятым подбородком, после этого, совершить путешествие в наши незатейлевые времена, с целью обнаружить сходства с этими двумя эпохами, дабы определить, что есть развитие, а что есть деградация, что же интересно мы получим? Вопрос этот до того глубок и основателен, и до того уже требует ответа подробного и прямолинейного, что трудно переоценить ту его составную часть, которую можно обнаружить в каждой отдельной достойнешей индивидуальности сегодняшего дня, хотя бы даже весьма и весьма знатной, но в самых точных и исчерпывающих деталях. До чего же и правда легко становится на душе, когда среди дел простых и рутинных и даже обязательных, выплёскиваешь вдруг такое вот случайное и если бы можно было мне сказать наболевшее, я бы и пожалуй что сказал бы, но ведь уже скорее просто основательнейшее. Ведь уже один только взгляд на мир из должного места корректирует не только приоритеты, но и самое понятие и понимание всех вещей и каждой попадающей во внимание вещи. |
|
Весьма простой и доходчивый материал о человеческой личности, характере, походке, интеллекте, памяти, воображении. Психологическая Энциклопедия. Как известно, психология - не только область людей причудливых и не суразных, совершенно серьёзно находящих в подобной профессии какой-то романтизм при отголосках с собственными комплексами и расстройствами, но и наука о каждом человеке, его насущном и непосредственном.
http://www.psychologos.ru/
Рекомендую. |
|
Около полтора месяца назад приступил к принятию протеинового препарата для набора веса с целью переработать его в мышечную массу. С целью, между прочим, достаточно незамысловатой. Фигура в процессе всего укрепилась и благодаря различным наборам воздействий - тяжеловесным, велоспортивным, плаванию, в определённой степени прибавила весьма приятные округлые мышечные формы, которые пришлись кстати моему широкоплечевому антуражу. Набор массы между тем в какой-то степени заметен в областях не настолько прекрасных - возобновился небольшой потенциал роста живота и при совершенно правильной осанке, с вобранной в себя поднятой головой, без малейшего наклона, стал заметен второй подбородок. Перейдя к комлексу упражнений для области живота, его удалось превратить в мышци довольно быстро, как и всегда у меня это происходит. Сегодня начал упражнения для подбородка, с первого раза разумеется никакого видимого результата не обнаружил. Вероятно будет должным приобрести какую-нибудь особенную гантельку и взять её в зубы. Любопытно, следует ли мне прекратить принятие каких-либо протеиновых препаратов по этой подбородочной причине... |
|
Аутсорсинг
Что за нелепость? Почему отсутствует русское наименование на такой часто употребляемый и заслуженно существующий термин. (передача организацией определённых бизнес-процессов или производственных функций на обслуживание другой компании, специализирующейся в соответствующей области) Когда например сторонние специалисты проворачивают всю мою кадровую политику, почему я не имею возможности назвать это как-нибудь по русски - "удалённое делегирование" (outsourcing) что-ли? Это ведь такая императивная политика - когда в родном языке полностью отсутствуют слова общего употребления, и ему приходится заимствовать их из языка императивного, не правда ли дорогие друзья? |
|
До чего же прекрасна "Кармен" Бизета в современном исполнении Анджелы Георгий:
А вот таким прелестным образом, бывшая уборщица петербуржского Мариинского театра, Анна Юрьевна Нетребко, исполняет Каста Диву:
И всё-таки, не легко исполнительнице, сравниться с чистым, а потому, несравненным, филармоническим исполнением Кармен:
|
|
До чего же коротка жизнь. Просто до неприличия. Это ведь и не совсем хороший тон. Складывается годами и устанавливается положение в обществе, принимает такие прекрасные формы, достигает таким образом определённого возраста и далее растёт и приумножается в геометрической прогрессии, вплоть до самого естественного и приемлемого завершения, на искреннее одобрение со стороны всякого порядочного человека. Так сказать, судьба уютно располагается в отведённом ей тёплом и обустраиваемом, и обустроенном промежутке. И таким образом, такой прекрасный человек, завидный нажитый опыт и богатство, роскошная, терпеливо взрощённая личность, вынужден прекратить самое бытие своё и приготовиться к отправке на нежелательный покой и не заслуженный отдых.
А впрочем, ведь и отдыха здесь вовсе никакого и не предвидется, потому что как бы не была относительна индивидуальность, можно со всей определённостью и уверенностью заключить, что таковая совершенно порядочная, утончённых вкусов личность прекращает свою безотносительно индивидуальную судьбу, как и всякий раз повсеместно это заново происходит. И, разумеется, в подобном рассуждении уже давно можно было бы заподозрить какую-нибудь недозволенность, к примеру незрелый романтизм, или какую-нибудь сущую неестественность, если бы не один только вопрос, который достоин всякого благородного внимания. Уже по тому только хотя бы, и здесь следует достучаться до особенной, глубочайшей струны характера, и даже независимо от неё произвести впечатление, ведь он входит быть может в тот круг жизненных предметов, которые имеют в ней своё собственное место, то есть может быть разрешён в течение индивидуальной судьбы мыслителя, звучит же он следующим образом, - и здесь, не смотря на грандиозную по своей новизне постановку, не может быть ни второго понимания, ни даже небрежного вывода. Следует ли здесь делать исключение, и питать хотя бы самую несмелую надежду на то, что я выражаю намерение сейчас высказать нечто в консервативном отношении радикальное и даже хотя бы основательное? Как я уже, подходя к озвученному вопросу, объявлял, ни второго понимания, ни небрежного вывода! Существует такая вероятность. Во-первых, что таким образом уже откровенная природная несообразительность, исправима, а, во-вторых, и, что несомненно более деликатно, хотя ведь это преступление венчать, эту самую тонкую материю в такое грубое здесь и даже жестокое выражение, - "более деликатно" - это не просто более деликатно, а положительно, что между тем куда более важно - что несообразимость эта исправима в течении того многочисленного времени, которое есть ещё у некоторых из тех, кто уже соизволил посетить этот настоящий свет. И было бы самым неосторожным из возможных здесь проявлений наивности, полагать, что такое высказывание может быть взвешено мной без определённой доли основательности и даже, пусть это и не совсем удачное выражение, однако имеющее здесь и свой особенный смысл - даже вполне возможно что немного более утвердительной субстанции, нежели всего лишь определённая доля основательности. Для разъяснения и раскрытия этого, хотелось бы сказать что "закономерного вывода", если бы только это не было в самой небольшой степени именно и определённо смелым, а поэтому, следует высказаться наиболее полно и точно - "ожидаемого следствия" этой, в самой должной степени деликатной объяснительной постановки, следует прибегнуть к гиперссылке, потому что ведь только самый наивный из читателей, мог бы ожидать от автора, объяснения своими словами, после такого именно вступления, всё потому, что любой, в должной мере и самым естественным образом, опытный читатель, уже несомненно уловил, что имеет дело с человеком настолько положителього уровня этикета, что выразить мысль прямо и непосредственно, после подобной подготовки, было бы всё равно что приравнять её к чему-то искусственному, вместо того, чтобы привести к виду необходимого украшения в виду деликатности и чистоты значения самого вопроса. ссылка |
|
Погрузился в небольшое начальное представление или даже посвящение себя в более изысканные по своему стилю мужские причёски. Соответствующие стилистические представления мои на данном этапе особенно скромны. Поэтому, без должного опыта в них, всё же осмеливаюсь предположить, что в частности такая причёска могла бы слиться с чертами моего лица и украсить их представлением эксклюзивным и гармоничным : 
Ведь довериться стилисту не приобретя на этот счёт хоть каких-нибудь опытных мыслей, или каких-нибудь самых общих представлений, было бы шагом не осторожным, и в отсутствие опыта сношений и способности оценить навыки этой художественной профессии - преждевременным. |
|
![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif){kind=small}
energetik